The king's son who feared nothing


Сын короля, который ничего не боялся

There was once a King's son, who was no longer content to stay at home in his father's house, and as he had no fear of anything, he thought, "I will go forth into the wide world, there the time will not seem long to me, and I shall see wonders enough." So he took leave of his parents, and went forth, and on and on from morning till night, and whichever way his path led it was the same to him. It came to pass that he got to the house of a giant, and as he was so tired he sat down by the door and rested. And as he let his eyes roam here and there, he saw the giant's playthings lying in the yard. These were a couple of enormous balls, and nine-pins as tall as a man. After a while he had a fancy to set the nine-pins up and then rolled the balls at them, and screamed and cried out when the nine-pins fell, and had a merry time of it. The giant heard the noise, stretched his head out of the window, and saw a man who was not taller than other men, and yet played with his nine-pins. "Little worm," cried he, "why art thou playing with my balls? Who gave thee strength to do it?" The King's son looked up, saw the giant, and said, "Oh, thou blockhead, thou thinkest indeed that thou only hast strong arms, I can do everything I want to do." The giant came down and watched the bowling with great admiration, and said, "Child of man, if thou art one of that kind, go and bring me an apple of the tree of life." - "What dost thou want with it?" said the King's son. "I do not want the apple for myself," answered the giant, "but I have a betrothed bride who wishes for it. I have travelled far about the world and cannot find the tree." - "I will soon find it," said the King's son, "and I do not know what is to prevent me from getting the apple down." The giant said, "Thou really believest it to be so easy! The garden in which the tree stands is surrounded by an iron railing, and in front of the railing lie wild beasts, each close to the other, and they keep watch and let no man go in." - "They will be sure to let me in," said the King's son. "Yes, but even if thou dost get into the garden, and seest the apple hanging to the tree, it is still not thine; a ring hangs in front of it, through which any one who wants to reach the apple and break it off, must put his hand, and no one has yet had the luck to do it." - "That luck will be mine," said the King's son.
Then he took leave of the giant, and went forth over mountain and valley, and through plains and forests, until at length he came to the wondrous garden.

The beasts lay round about it, but they had put their heads down and were asleep. Moreover, they did not awake when he went up to them, so he stepped over them, climbed the fence, and got safely into the garden. There, in the very middle of it, stood the tree of life, and the red apples were shining upon the branches. He climbed up the trunk to the top, and as he was about to reach out for an apple, he saw a ring hanging before it; but he thrust his hand through that without any difficulty, and gathered the apple. The ring closed tightly on his arm, and all at once he felt a prodigious strength flowing through his veins. When he had come down again from the tree with the apple, he would not climb over the fence, but grasped the great gate, and had no need to shake it more than once before it sprang open with a loud crash. Then he went out, and the lion which had been lying down before, was awake and sprang after him, not in rage and fierceness, but following him humbly as its master.

The King's son took the giant the apple he had promised him, and said, "Seest thou, I have brought it without difficulty." The giant was glad that his desire had been so soon satisfied, hastened to his bride, and gave her the apple for which she had wished. She was a beautiful and wise maiden, and as she did not see the ring on his arm, she said, "I shall never believe that thou hast brought the apple, until I see the ring on thine arm." The giant said, "I have nothing to do but go home and fetch it," and thought it would be easy to take away by force from the weak man, what he would not give of his own free will. He therefore demanded the ring from him, but the King's son refused it. "Where the apple is, the ring must be also," said the giant; "if thou wilt not give it of thine own accord, thou must fight with me for it."

They wrestled with each other for a long time, but the giant could not get the better of the King's son, who was strengthened by the magical power of the ring. Then the giant thought of a stratagem, and said, "I have got warm with fighting, and so hast thou. We will bathe in the river, and cool ourselves before we begin again." The King's son, who knew nothing of falsehood, went with him to the water, and pulled off with his clothes the ring also from his arm, and sprang into the river. The giant instantly snatched the ring, and ran away with it, but the lion, which had observed the theft, pursued the giant, tore the ring out of his hand, and brought it back to its master. Then the giant placed himself behind an oak-tree, and while the King's son was busy putting on his clothes again, surprised him, and put both his eyes out.

And now the unhappy King's son stood there, and was blind and knew not how to help himself. Then the giant came back to him, took him by the hand as if he were someone who wanted to guide him, and led him to the top of a high rock. There he left him standing, and thought, "Just two steps more, and he will fall down and kill himself, and I can take the ring from him." But the faithful lion had not deserted its master; it held him fast by the clothes, and drew him gradually back again. When the giant came and wanted to rob the dead man, he saw that his cunning had been in vain. "Is there no way, then, of destroying a weak child of man like that?" said he angrily to himself, and seized the King's son and led him back again to the precipice by another way, but the lion which saw his evil design, helped its master out of danger here also. When they had got close to the edge, the giant let the blind man's hand drop, and was going to leave him behind alone, but the lion pushed the giant so that he was thrown down and fell, dashed to pieces, on the ground.

The faithful animal again drew its master back from the precipice, and guided him to a tree by which flowed a clear brook. The King's son sat down there, but the lion lay down, and sprinkled the water in his face with its paws. Scarcely had a couple of drops wetted the sockets of his eyes, than he was once more able to see something, and remarked a little bird flying quite close by, which wounded itself against the trunk of a tree. On this it went down to the water and bathed itself therein, and then it soared upwards and swept between the trees without touching them, as if it had recovered its sight again. Then the King's son recognized a sign from God and stooped down to the water, and washed and bathed his face in it. And when he arose he had his eyes once more, brighter and clearer than they had ever been.

The King's son thanked God for his great mercy, and travelled with his lion onwards through the world. And it came to pass that he arrived before a castle which was enchanted. In the gateway stood a maiden of beautiful form and fine face, but she was quite black. She spoke to him and said, "Ah, if thou couldst but deliver me from the evil spell which is thrown over me." - "What shall I do?" said the King's son. The maiden answered, "Thou must pass three nights in the great hall of this enchanted castle, but thou must let no fear enter thy heart. When they are doing their worst to torment thee, if thou bearest it without letting a sound escape thee, I shall be free. Thy life they dare not take." Then said the King's son, "I have no fear; with God's help I will try it." So he went gaily into the castle, and when it grew dark he seated himself in the large hall and waited. Everything was quiet, however, till midnight, when all at once a great tumult began, and out of every hole and corner came little devils. They behaved as if they did not see him, seated themselves in the middle of the room, lighted a fire, and began to gamble. When one of them lost, he said, "It is not right; some one is here who does not belong to us; it is his fault that I am losing." - "Wait, you fellow behind the stove, I am coming," said another. The screaming became still louder, so that no one could have heard it without terror. The King's son stayed sitting quite quietly, and was not afraid; but at last the devils jumped up from the ground, and fell on him, and there were so many of them that he could not defend himself from them. They dragged him about on the floor, pinched him, pricked him, beat him, and tormented him, but no sound escaped from him. Towards morning they disappeared, and he was so exhausted that he could scarcely move his limbs, but when day dawned the black maiden came to him. She bore in her hand a little bottle wherein was the water of life wherewith she washed him, and he at once felt all pain depart and new strength flow through his veins. She said, "Thou hast held out successfully for one night, but two more lie before thee." Then she went away again, and as she was going, he observed that her feet had become white. The next night the devils came and began their gambols anew. They fell on the King's son, and beat him much more severely than the night before, until his body was covered with wounds. But as he bore all quietly, they were forced to leave him, and when dawn appeared, the maiden came and healed him with the water of life. And when she went away, he saw with joy that she had already become white to the tips of her fingers. And now he had only one night more to go through, but it was the worst. The hob-goblins came again: "Art thou there still?" cried they, "thou shalt be tormented till thy breath stops." They pricked him and beat him, and threw him here and there, and pulled him by the arms and legs as if they wanted to tear him to pieces, but he bore everything, and never uttered a cry. At last the devils vanished, but he lay fainting there, and did not stir, nor could he raise his eyes to look at the maiden who came in, and sprinkled and bathed him with the water of life. But suddenly he was freed from all pain, and felt fresh and healthy as if he had awakened from sleep, and when he opened his eyes he saw the maiden standing by him, snow-white, and fair as day. "Rise," said she, "and swing thy sword three times over the stairs, and then all will be delivered." And when he had done that, the whole castle was released from enchantment, and the maiden was a rich King's daughter. The servants came and said that the table was already set in the great hall, and dinner served up. Then they sat down and ate and drank together, and in the evening the wedding was solemnized with great rejoicings.
Жил-был королевич, которому не полюбилось житье в отеческом доме, и так как он ничего на свете не боялся, то и подумал: "Дай-ка я пойду побродить по белу свету, душеньку свою потешу, диковинок всяких повидаю."

Простился он со своими родителями, пустился в путьдорогу и ехал с утра и до вечера, и ему было решительно все равно, куда приведет его дорога.

Случилось ему прибыть к дому великана, и так как он был очень утомлен, то присел около дверей его и стал отдыхать. Оглядевшись кругом себя, королевич увидел во дворе игрушки великана: пару громадных шаров и кегли величиной в рост человека.

Спустя немного вздумалось ему расставить те кегли и сбивать их шаром, и он радостно вскрикивал, когда те кегли падали, и веселился от души.

Великан услышал шум, выглянул в окошко и увидел человека, который был ничуть не больше других людей, а между тем играл его кеглями.

"Червяк! - воскликнул великан. - Как это можешь ты моими кеглями играть? Кто тебе такую силу дал?"

Королевич взглянул на великана и сказал: "Ах ты, болван! Или ты думаешь, что ты один силен на свете? Да вот я - я все могу, была бы лишь охота!"

Великан сошел вниз, с изумлением стал приглядываться к игре в кегли и сказал: "Человек! Коли ты точно таков, тогда пойди и добудь мне яблоко с дерева жизни." - "А на что оно тебе?" - спросил королевич. "Яблоко мне не для себя нужно, - отвечал великан. - Есть у меня невеста, которая очень желает его получить; но сколько я ни бродил по белу свету, а дерева того все отыскать не мог." - "Ну, так я отыщу его! - сказал королевич. - И не понимаю, что бы могло помешать мне то яблоко с ветки сорвать?" - "А ты думаешь, это легко? - спросил великан. - Тот сад, в котором дерево растет, окружен железной решеткой, а перед тою решеткою лежат рядком дикие звери и стерегут сад, и никого внутрь его не впускают." - "Меня-то впустят!" - самоуверенно сказал королевич. "Даже если ты и попадешь в сад и увидишь яблоко на дереве, добыть его все же мудрено: перед тем яблоком повешено кольцо, и через это кольцо нужно к яблоку руку протянуть, если желаешь яблоко достать и сорвать, а это еще никому не удавалось." - "Ну, а мне удастся," - сказал королевич.

Простился он с великаном, пошел по горам, по долам, по полям и долам и дошел наконец до волшебного сада.

И точно: вокруг него у решетки сплошным рядом лежали звери; но они склонили головы и спали.

Не проснулись они даже и тогда, когда королевич к ним подошел, и он переступил через них, перелез через решетку и благополучно пробрался в сад.

Посреди того сада стояло дерево жизни, и красные яблоки его так и рдели на ветвях!

Влез он по стволу вверх и чуть только хотел протянуть руку к одному из яблок, видит, что висит перед тем яблоком кольцо…

И он, не задумавшись, без всякого усилия просунул через то кольцо руку и сорвал яблоко с ветки…

Кольцо же крепко-накрепко обхватило его руку, и он вдруг почувствовал во всем теле своем громадную силу.

Когда королевич слез с яблоком с дерева, он уже не захотел перелезать через решетку, а ухватился за большие садовые ворота, встряхнул их разок - и ворота с треском распахнулись.

Он вышел из сада, и лев, лежавший перед воротами, проснулся и побежал за ним следом, но уже не дикий, не яростный - он кротко следовал за ним, как за своим господином.

Королевич принес великану обещанное яблоко и сказал: "Видишь, я достал его без всякого труда."

Великан, обрадованный тем, что его желание исполнилось так быстро, поспешил к своей невесте и отдал ей яблоко, которого она так сильно добивалась.

Но его невеста была прекрасная и умная девушка, и когда она не увидела кольца на его руке, то сказала; "Не поверю я, что ты сам добыл это яблоко, пока не увижу кольца на твоей руке." Великан сказал: "Мне стоит только сходить домой и принести его," - а сам про себя думал, что не мудрено будет у слабого человека отнять силою то, что он не захочет уступить добровольно.

И вот он потребовал кольцо от королевича; но тот не отдавал. "Ну, нет! Где яблоко - там и кольцо должно быть! - сказал великан. - И если ты мне не отдашь его добровольно, то должен со мною за то кольцо биться!"

Долго боролись они, но великан никак не мог совладать с королевичем, которому постоянно придавало силы его волшебное кольцо.

Вот тогда-то великан и пустился на коварную хитрость, и говорит он королевичу: "Очень уж я разогрелся от борьбы, да и ты тоже! Пойдем, искупаемся в реке и прохладимся, прежде чем снова бороться станем."

Королевич, не ведавший коварства, пошел с великаном к реке, вместе с одеждою снял и кольцо с руки своей и бросился в реку.

Великан же тотчас схватил кольцо и побежал с ним прочь; однако лев, заметивший кражу, тотчас пустился вслед за великаном, вырвал у него кольцо из рук и принес его своему господину.

Тогда великан потихоньку вернулся назад, спрятался позади дуба, росшего на берегу, и в то время, когда королевич стал одеваться, он напал на него и выколол ему оба глаза.

Вот бедный королевич и оказался слепым и беспомощным; а великан вновь подошел к нему, взял его за руку, словно хотел помочь ему, а сам отвел его на край высокой скалы.

Здесь великан его покинул, думая: "Вот, еще два шага переступит и убьется насмерть - тогда я и сниму с него кольцо."

Но верный лев не оставил своего господина, крепко ухватил его за одежду и полегоньку стянул его обратно со скалы.

Когда вернулся великан, чтобы ограбить насмерть убившегося королевича, он убедился, что хитрость не удалась ему. "Да неужели же нельзя ничем сгубить этого слабого человечишку!" - только проговорил он, ухватил королевича за руку и свел его по другой дороге к краю пропасти; но лев, приметив злой умысел, и на этот раз избавил королевича от опасности.

Подойдя к самому краю пропасти, великан выпустил руку слепца и хотел его оставить одного, но лев так толкнул великана, что тот сам полетел в пропасть и разбился насмерть.

Верное животное после этого снова сумело оттянуть своего господина от пропасти и привело его к дереву, у которого протекал чистый, прозрачный ручеек.

Королевич присел у ручья, а лев прилег на бережок и стал ему лапою обрызгивать из ручья лицо водою.

Едва только две капли той воды оросили глазные впадины королевича, он опять уже стал немного видеть и вдруг разглядел птичку, которая близехонько от него пролетела и ткнулась в ствол дерева; затем она опустилась к воде и окунулась в нее разок-другой - и уже взвилась легко и, не задевая за деревья, пролетела между ними, как будто вода вернула ей зрение.

В этом королевич увидел перст Божий - наклонился к воде ручья, стал в нем обмывать свои очи и окунать в воду лицо. И когда поднялся от воды, то его глаза оказались опять настолько светлыми и чистыми, как никогда прежде и не бывали.

Возблагодарил Бога королевич за великую милость и пошел со своим львом бродить по белу свету. И вот случилось ему прийти к заколдованному замку. В воротах замка стояла девушка, стройная и красивая собою, но совсем черная.

Она с ним заговорила и сказала: "О, если бы ты мог освободить меня от злых чар, тяготеющих надо мною!" - "А что я должен для этого сделать?" - спросил королевич. Девушка отвечала ему: "Три ночи должен ты провести в большом зале заколдованного замка, и страх не должен иметь доступа к твоему сердцу. Как бы тебя ни мучили, ты должен все выдержать, не испустив ни звука, - тогда я буду избавлена от чар! Знай притом, что жизни твоей у тебя не отнимут." - "Сердце мое не знает страха, - отвечал королевич, - попытаюсь, при Божьей помощи."

И он весело направился в замок; а когда стемнело, сел он в большом зале и стал ожидать.

До полуночи все было тихо; а в полночь поднялся в замке страшный шум, и изо всех углов явились во множестве маленькие чертенята. Они прикинулись, будто его не видят, расселись посреди зала, развели на полу огонь и принялись за игру.

Когда один из них проиграл, то сказал: "Не ладно дело! Затесался сюда один чужак, он и виноват в том, что я проигрываю." - "Погоди, сейчас приду, запечный бес!" - сказал другой.

А крик и шум, и гам все возрастали, и никто бы не мог их слышать без ужаса…

Но королевич сидел совершенно спокойно, и страх не брал его. Но вот все чертенята разом вскочили с земли и бросились на него, и было их так много, что он не мог с ними справиться. Они рвали его, таскали по земле, щипали, кололи, били и мучили, но он не произнес ни звука.

Под утро они исчезли, и он был до такой степени истомлен, что едва мог шевелиться.

Когда же рассвело, к нему взошла в залу черная девица. Она принесла ему бутылку с живою водою, обмыла его тою водою, и он тотчас почуял в себе наплыв новых сил, а все его боли стихли разом…

Девица сказала ему: "Одну-то ночь ты вынес благополучно, но тебе предстоят еще две."

Сказав это, она удалилась, и он успел заметить, что ее ноги уже побелели за эту ночь.

На следующую ночь опять явились черти и снова принялись за свою игру; потом снова напали на королевича и били, и мучили его еще более жестоко, нежели в предшествующую ночь, так что все его тело было покрыто ранами.

Но так как он все выносил молча, они наконец должны были от него отстать, а на заре явилась к нему черная девушка и исцелила его живой водой.

И когда она от него уходила, он с радостью увидел, что она успела побелеть до кончиков пальцев на руках.

Оставалось ему выдержать еще только одну ночь, но зато самую страшную!

Черти явились снова гурьбою…

"Ты все еще жив! - кричали они. - Тебя, значит, надо так измучить, чтобы из тебя и дух вон!"

Стали они его колоть и бить, стали бросать туда и сюда, таскать за руки и за ноги, словно бы хотели разорвать его на части: однако же он все вытерпел и звука не произнес.

Наконец они исчезли; но он уже лежал совсем обессиленный и не двигался; не мог он даже и век приподнять, чтобы взглянуть на девушку, которая вошла к нему и опрыскивала, и обильно обливала его живою водою.

И вдруг все боли в его теле как рукой сняло, и он почувствовал себя свежим и здоровым, словно очнувшимся от тягостного сна; когда же он открыл глаза, то увидел перед собою девушку - как снег белую и прекрасную как ясный день.

"Вставай, - сказала она, - да взмахни трижды своим мечом над лестницей и все чары сгинут разом."

И когда он это выполнил, весь замок разом был избавлен от чар, и девушка оказалась богатою королевною. Явились к ним и слуги, и заявили, что в большом зале стол уже накрыт и кушанья поданы.

Затем они уселись за стол, стали пить и есть вместе, а вечером того же дня сыграли и радостно отпраздновали свою свадьбу.

Compare two languages:

Donations are welcomed & appreciated.

Thank you for your support.